Произведя анализ моих альбомов вырезок, я обнаружил в прессе СССР за десять лет моей литературной работы 301 отзыв обо мне. Из них: похвальных - было 3, враждебно-ругательных - 298. Последние 298 представляют собой зеркальное отражение моей писательской жизни.
Писали так: "Булгаков, который чем был, тем и останется, новобуржуазным отродьем, брызжущим отравленной, но бессильной слюной на рабочий класс и его коммунистические идеалы"
"Комсомольская правда", 14/X-1926 г.
"...Мишка Булгаков, кум мой, тоже, извините за выражение, писатель, в залежалом мусоре шарит... Что это, спрашиваю, братишечка, мурло у тебя... Я человек деликатный, возьми да и хрястни его тазом по затылку... Обывателю мы без Турбиных, вроде как бюстгалтер собаке без нужды... Нашелся, сукин сын. Нашелся Турбин, чтоб ему ни сборов, ни успеха... "
Жизнь искусства, N44-1927 г.

Автор: Михаил Жванецкий
В сборник вошли: Послушайте - Посидим - Портрет - Воскресный день - Помолодеть! - Начальное образование - Кочегаров - День - Везучий и невезучий - Куда толкать? - В век техники - Берегите бюрократов - Когда нужны герои - Участковый врач - В магазине - Что охраняешь, товарищ? - Нормально, Григорий. Отлично, Константин. - Собрание на ликероводочном заводе - Сосредоточенные размышления - Полезные советы - Доктор, умоляю - Колебаний у меня нет - О воспитании - Давайте сопротивляться - Каждый свой ответ надо обдумывать - Дефицит - В греческом зале - Для вас, женщины - Ранняя пташка - Темные проблемы светлой головы - Холодно - Если бы бросил - Ненаписанное письмо - Алло, вы меня вызывали? - Специалист - Он таким не был - Тараканьи бега - Довели - Нюансы - Сбитень варим - Ночью - Женский язык - Дай ручку, внучек - Я прошу мои белые ночи - Ставь птицу - Обнимемся, братья - Нашим женщинам - Давайте объединим наши праздники - Как делается телевидение - О дефиците - За все - спасибо - Как шутят в Одессе - Двадцатый век - Монолог мусоропровода - Диалоги директора - Так жить нельзя - Как это делается (опыт политической сатиры).

Трудно представить себе, как выглядела бы мировая история, если бы в ней воздавалось не тому, кто сделал, а тому, кто мог сделать.
В этом случае мы испытывали бы не благодарность к действительным героям истории, а снисходительное сожаление: эх вы, мол, не смогли совершить своих подвигов быстрее и лучше, чем те, которые не сделали ничего потому, что им помешали. Но ведь именно нечто подобное происходит сейчас на наших глазах с освещением истории Советских Вооруженных Сил! Журналисты, писатели, сценаристы и даже историки на все лады твердят: репрессированные военачальники, останься они на командных постах, изменили бы весь ход войны в сторону достижения более быстрой, более решительной и с меньшими потерями победы.

Конечно, бессмысленно строить умозрения, что было бы, если... Но, думается, читателям небезынтересно ознакомиться с критическим, может быть, не лишенным субъективности взглядом на явление, которому имя «феномен Тухачевского»...